Будет ли дефолт по мнению экстрасенсов

Чуть ли не ежедневно появляются новости о грядущем дефолте, коллапсе экономики и ослаблении рубля. С цифрами и аргументами эксперты предсказывают, что скоро Россию и мир ждет сценарий дефолта 1998 года. Inc. выяснил, что будет с малым бизнесом на фоне ослабления рубля и как с этим жить.

Не проходит недели, чтобы пресса не сообщила о грядущем финансовом кризисе, дефолте и апокалипсисе. Последним с неутешительным прогнозом выступил Bank of Americа. Аналитики ожидают повторения сценария 1998 года. Тогда резкое снижение цен на нефть и перегрев экономики в Азии опрокинули и без того шаткую российскую экономику, ослабленную жесткой денежной политикой и раздутым госбюджетом. Теперь аналитики из США говорят, что сейчас ситуация 20-летней давности повторяется: рынки развивающихся стран рушатся из-за давления доллара, а акции технологических компаний взлетают на вере в американскую экономику. Все то же самое происходило и в 1998 году: доллар за 3 года укрепился на 25%, а развивающиеся рынки падали.

Инвесторы и финансисты потихоньку предупреждают клиентов о финансовом апокалипсисе и хеджируют риски. На прошлой неделе об этом заявили одни из самых известных менеджеров хедж-фондов в Европе: бывший управляющий Moore Capital Management Грег Коффи и Рассел Кларк из Horseman Capital Management. В мае 2018 года ситуацию на рынках с 1998 годом сравнивал и нобелевский лауреат по экономике Пол Кругман. То же самое говорил и инвестор и миллиардер Джордж Сорос. Он отмечал, что кризис ставит под угрозу существование Евросоюза.

Рубль обвалится и будет торговаться по курсу 90 руб за доллар, предрекал тогда же предприниматель Евгений Чичваркин. Он говорил о том, что российская изоляция из-за санкций даст именно такой результат в срок от 6 месяцев до 1,5 лет. Чуть больше — 2-3 года — спокойной жизни для российской экономики предсказывал предприниматель Дмитрий Потапенко.

За 2018 год рубль ослабнет. В 2019 году курс составит до 63,2 руб, а к 2024 году — до 68 руб, предсказали чиновники Минэкономразвития. Они уверены, что ослабление национальной валюты происходит из-за глобального давления на валюты развивающихся стран и укрепления доллара, а не из-за санкций. При этом в Минэке уверены, что нефть будет дешеветь: с $69 за баррель в 2018 году до $55 к 2024 году.

Малому и среднему бизнесу в России сейчас и так не просто: лето подарило предпринимателям и перспективу повышения НДС, и необходимость потратиться на онлайн-кассы, и подключение к системе «Меркурий» (очереди в Россельхознадзоре и сбои в этой самой системе).

Признаков грядущего дефолта в мировой финансовой системе нет, уверен экономист Андрей Мовчан. Да, некоторые параметры напоминают ситуацию 20-летней давности. Но другие — нет. 20 лет назад молодые экономики развивающихся стран не умели регулировать ситуацию внутри себя, но теперь они на другом уровне. ЦБ многих стран поддержали и структурировали валютные системы, США хорошо может управлять ситуацией. Есть естественные волны ликвидности, которые мы и будем наблюдать, какие-то страны чувствуют себя хуже, какие-то — лучше. Но все это — не глобальный финансовый кризис, заявил Мовчан в разговоре с Inc. Колебания, в том числе, связаны с тем, что инвесторы уходят из развивающихся экономик в развитые страны. В ближайшее время, возможно, финансовая помощь потребуется Китаю и Мексике.

Мирового финансового кризиса не будет просто потому, что впервые в истории сразу несколько миллиардов человек становятся потребителями — в Азии и Африке, заявил Inc. управляющий партнер венчурного фонда LETA Capital Александр Чачава. Благодаря распространению коммуникаций люди там начали зарабатывать, богатеть, дольше жить и потреблять. Поэтому не будет ни глобального экономического кризиса, ни кризиса перепроизводства. Напротив, корпорации Amazon, Facebook будут чувствовать себя отлично. Возможны локальные взрывы, например с блокчейном: «Пузырь надули, он должен лопнуть», — отметил Чачава. Он добавил, что консервативные аналитики склонны прогнозировать кризис из-за роста мирового рынка несколько лет подряд: обязательно должен быть отскок. Но мир стал другим из-за серии технологических революций и законы старой закрытой экосистемы золотого миллиарда уже не работают. Российским стартапам в этой ситуации нужно смотреть на мир открытыми глазами и делать сразу международные продукты — ведь в России лучшие разработчики и инженеры, подытожил инвестор.

На мировом фондовом рынке может повториться кризис 20-летней давности, утверждают экономисты Bank of America Corp. На основе анализа трендов аналитики прогнозируют повторение событий 1998 года, когда в азиатском регионе случился мировой экономический кризис, а в России — дефолт.

Читайте также:  Нельзя говорить что денег нет экстрасенсы

Ведущего инвестиционного аналитика компании Майкла Хартнетта беспокоит укрепление доллара, сглаживание кривой доходности облигаций и сокращение инвестиционных потоков на развивающихся рынках. Похожая ситуация складывалась и в конце 1990-х годов. Тогда ужесточение монетарной политики США привело к тому, что всего за три года американский доллар подорожал сразу на 25%. Это спровоцировало валютный крах в азиатско-тихоокеанском регионе. В результате в Азии начался девальвационный бум, который докатился и до России. Тогда же разорился один из самых крупных хедж-фондов США Long-Term Capital Management, владельцем которого был знаменитый трейдер Джон Мериветер.

Без драмы. Как антиамериканские санкции могут повлиять на экономику России

Между тем специалисты аналитического агентства указывают, что сейчас ситуация несколько отличается. К примеру, снижение стоимости валют развивающихся государств намного сильнее связано с усилением США, а экономики азиатских стран находятся на подъеме. По прогнозам Всемирного банка, в 2020 году темпы роста ВВП этих государств превысят 6%. Зафиксированы проблемы на рынках внешних заимствований, которые находятся на пути к худшему году с момента финансового кризиса.

Опрошенные «360» аналитики скептически относятся к исследованию специалистов из Bank of America. По мнению главного инвестиционного стратега финансовой группы БКС Максима Шеина, сейчас ситуация на мировых рынках серьезно отличается от той, что была в конце 90-х.

«Ключевое отличие в том, что в тот кризис доллар был главной резервной и расчетной валютой в мире, а большинство инвестиций делалось именно в этой валюте. Сейчас же доллар постепенно уходит с мировой торговой сцены и становится региональной валютой, а азиатские страны чувствуют себя увереннее, чем 20 лет назад», — отметил собеседник «360».

По прогнозам Шеина, в ближайшие пару лет ожидать рецессии не стоит, но уже в период после 2020 года негативные тенденции в экономике начнут проявляться.

В мировой экономике может произойти кризис, однако его начало не будет связано с укреплением доллара, уверен доцент кафедры фондовых рынков и финансового инжиниринга РАНХиГС Сергей Хестанов. По его словам, кризис может разразиться из-за цикличности экономики.

«Мировая экономика состоит из циклов периодичностью от семи до 12 лет. Прошлый раз пик кризиса пришелся на 2008 год, и сейчас мы приближаемся к очередному циклическому кризису. При этом, несмотря на их цикличность, кризисы не повторяются — то есть утверждать, что Россию может ждать новый дефолт, пока преждевременно», — подчеркнул экономист в разговоре с «360».

В 1998 году на Россию обрушился масштабный финансовый кризис. Внутренний долг достиг 200 миллиардов долларов, а невыполненные обязательства перед иностранными кредиторами превышали 35 миллиардов. Ситуацию усугубляли рекордно низкие цены на энергоресурсы и популистская экономическая политика чиновников. В итоге у властей не осталось других вариантов, кроме как объявить дефолт и провести девальвацию национальной валюты в августе 1998 года. В результате российская экономика потеряла 96 миллиардов долларов, а население обеднело на 19 миллиардов.

Сейчас Россия вряд ли пойдет по такому сценарию, убеждает правительство. «Я не знаю, чем они (аналитики Bank of America — прим. „360“) руководствовались, поэтому я не стал бы вступать в какую-то дискуссию», — прокомментировал прогноз пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков. На уточняющий вопрос от журналистов: «Значит, все будет хорошо?» — Песков ответил утвердительно: «Наверняка».

C чиновником солидарны и экономисты. Максим Шеин считает, что экономика России находится в стабильной фазе. «С экономической точки зрения, мы продолжает зависеть от цен на энергоресурсы, поэтому с учетом высоких нефтяных котировок российская экономика вряд ли существенно просядет в ближайшее время. Единственными драйверами, которые могут негативно повлиять на рост экономики, можно считать кардинальное усиление санкций и масштабную распродажу корпоративных долгов иностранными держателями. Но это маловероятный сценарий», — уверен собеседник «360».

Ситуация лучше, чем 20 лет назад, но риски остаются

ЦБ впервые за три года повысил ключевую ставку до 7,5% и намекнул на возможность ее дальнейшего повышения. Что это значит для рубля? Возможен ли в России в обозримом будущем новый дефолт?

В августе Россия отметила 20-летие дефолта. Август и сентябрь этого года ознаменовались резким падением рубля, которое заставило россиян вспомнить события той поры. Подсознательно население, не доверяя заявлениям властей о том, что причин для волнений нет, готовится к худшему. Иностранные инвесторы выводят средства из рублевых облигаций и покупают валюту, отчего рубль обесценивается еще больше. На то, что ЦБ и Минфин смогут что-то сделать для укрепления рубля, никто и не надеялся. Но внезапное решение ЦБ повысить ключевую ставку (аналитики почти единогласно высказывались за ее сохранение) успокоило рынки. Рубль, до этого, правда, уже немного окрепший после падения на 12% за полтора месяца, отыграл еще немного у американского доллара. Есть ли в этом заслуга ЦБ и как долго продлится укрепление?

Читайте также:  Что такое любовь по мнению экстрасенсов

Ситуация в экономике сейчас сильно отличается от той, что была 20 лет назад. И причины для ослабления рубля совсем другие. Тогда у государства закончились деньги на выплаты по долгам. Надежды на рост доходов от экспорта, за счет которых планировалось этот долг гасить, не оправдались, резервы растаяли. В отчаянии на поддержание пирамиды ГКО даже бросили кредит от МВФ, но потушить уже начавшийся пожар на финансовом рынке не удалось. Вскоре кризис перекинулся на реальный сектор экономики. Ожила казавшаяся подавленной инфляция. А рубль резко рухнул, уравнивая разбухшую до того денежную массу с товарной. И хотя вроде бы предпосылки для кризиса были очевидны, но все равно почти для всех это стало полной неожиданностью.

Сравнение с 1998 годом хотя и в пользу рубля, но абсолютно не гарантирует защиту от внезапных потрясений. Например, в экономике Турции не сказать чтобы все было прекрасно, но не было предвестников резкой девальвации. Госдолг был относительно низким, 28% от ВВП, экономика росла, пусть и неустойчиво, но в среднем на 7% в год (темпы роста ВВП России в 2018 году в самых оптимистических прогнозах ожидаются около 2%). Инфляция была высокой, 10—12%, но не галопировала, и это в значительной мере плата за высокий рост. Но лишь одна новость о пошлинах на турецкие металлы, которые занимают менее 10% от всего экспорта (можно добавить, что и США для Турции далеко не ключевой партнер: на долю Штатов приходится около 5% турецкого экспорта), — и турецкая лира моментально потеряла более 20% своей стоимости. А все из-за того, что денежная масса, или, по-научному, макроэкономический индикатор М2, росла бешеными темпами. Только за год количество денег в экономике выросло на 26%, а количество товаров — всего на 7%. Пузырь лопнул, лира обесценивается, кризис грозит перекинуться на реальный сектор. Знакомо?

То, что происходит сейчас в России, не повторение событий августа 1998 года. Сейчас твердо можно сказать, что нет непосредственной угрозы дефолта. Россия не платит сумасшедшие проценты по облигациям внешнего и внутреннего займа (за исключением отдельных выпусков). Внешний госдолг составляет всего 13% от ВВП. Его при необходимости даже можно увеличить на 70% без угрозы для суверенного рейтинга. Цены на экспортное сырье заметно выросли за последний год. Нефть стоит выше 75 долларов за баррель, в то время как бюджет государства сверстан исходя из 50 (а экспортеры выживут и при 30 долларах за баррель). Инфляция, хотя и показывает признаки пробуждения, пока еще вблизи исторического минимума. Можно продолжать перечислять причины, по которым резкая девальвация рублю не грозит прямо сейчас. Но, как говорится, есть нюанс.

В экономике России существуют объективные девальвационные риски. Экономика растет приблизительно на 2% год. Денежная масса сейчас составляет 44 трлн рублей, или около 43% от ВВП, и растет в среднем на 10—12% в год ( данные Банка России). И государство будет увеличивать долг (этот процесс еще известен под названием «печатать деньги»), поскольку необходимо финансировать новые социальные программы. Беда еще и в том, что 8 трлн рублей, которые государство согласно указу президента собирается потратить на социальную сферу, не создадут много высокооплачиваемых рабочих мест. То есть рост российской экономики хотя бы до турецких темпов не ускорится. Даже без учета внешних факторов на горизонте нескольких лет зреют девальвационные риски.

Меры, принятые Банком России, — повышение ставки и отказ от покупки валюты на открытом рынке до конца года — не снимают долгосрочных девальвационных рисков. Это вообще, строго говоря, задача не ЦБ, а правительства и конкретно Минэкономразвития. ЦБ лишь привел денежно-кредитную и валютную политику в соответствие с ситуацией на рынках. Инвесторы выводят деньги с развивающихся рынков, в том числе из России. Поскольку доля нерезидентов в российских ОФЗ была велика, более 30%, а могла упасть ниже 20%, то продажи нерезидентами гособлигаций оказывают заметное давление на рубль. Не помогает даже огромный профицит торгового баланса, достигший 90 млрд долларов за полугодие: экспортеры в последнее время сократили продажи, придерживая валюту, а кроме того, Минфин при росте мировых цен на нефть покупает все больше валюты, продаваемой экспортерами. Объем покупок в интересах Минфина до того, как ЦБ прекратил покупать доллары, составлял около 9% от торгового оборота.

Читайте также:  Так будет конец света что говорят экстрасенсы

Вероятность дальнейшего повышения ключевой ставки в России, на мой взгляд, не исключена. Основной мотив — борьба с оттоком капитала. ФРС повышает ключевую ставку, а налоговая реформа Трампа стимулирует возвращать деньги в США. Доходность американских гособлигаций сейчас составляет около 3% и будет расти по мере дальнейшего повышения ставки. Рост американского фондового рынка обусловлен в том числе высокой рентабельностью бизнеса — маржа прибыли по топ-20 американским компаниям выше 10%. Чтобы удержать деньги в России, надо предложить инвесторам высокую доходность в реальном секторе экономики или на денежном рынке. Сейчас наша экономика, к сожалению, не может предложить ни того ни другого. Судя по темпам роста ВВП в 1,9%, большого количества желающих расширять бизнес нет. Инвестиции в основной капитал в этом году, по прогнозам МЭР, увеличатся всего на 2,9%. На долговом и денежном рынках ничего интересного нет. Доходность гособлигаций летом доходила до 6,5%. На фоне падения рубля с начала года на 20% заработали только те, кто покупал гособлигации 2—2,5 года назад. Сейчас они забирают свои деньги вместе с прибылью.

В текущих условиях, им, увы, нечего предложить. Приток десятков миллиардов долларов иностранных денег в ОФЗ не вызвал инвестиционного бума в реальном секторе. Два года стабильного курса рубля, даже укрепления российской валюты, не принесли заметных плодов. ВВП растет в три раза медленнее денежной массы, что только усиливает отложенные девальвационные риски. Рост цены на нефть, заморозка тарифов монополий, продовольственное эмбарго подавили инфляцию до исторического минимума. А экономика все равно плохо растет. То геополитика вмешается, то торговые войны. Заметно вырос только ипотечный рынок и спрос на товары длительного пользования, в основном за счет регионов, где доходы населения, занятого в частном секторе, выросли быстрее инфляции.

И сейчас ЦБ и Минфин перед серьезным выбором. Повышение доходности инструментов денежного и долгового рынков может вновь вернуть интерес инвесторов. И рубль вернется к тренду на укрепление. Но на этот раз инвесторы захотят доходность, на мой взгляд, 10% и выше. Вкладываться в рубли под меньший процент, с учетом того, что происходит на рынках Турции и других стран EM, а также принимая во внимание риск ухудшения геополитической обстановки и то, что цена на нефть уже выросла за два года (а значит, растет риск того, что будет корректироваться), иностранным инвесторам не интересно. Но дело в том, что, повысив ставки на внутреннем рынке, Минфин и ЦБ рискуют наступить на те же грабли: средства на финансовый рынок придут, рубль укрепится, а экономический рост по-прежнему будет низкий, 1,5—2,5% в год. В то время как денежная масса и госдолг будут расти гораздо быстрее. И однажды, вероятнее всего, когда цена на нефть скорректируется, наступит расплата за политику дорогих займов. Интересно, это по традиции произойдет в августе?

ЦБ, безусловно, видит эти риски, истоки которых, по большому счету, вне его контроля. Пока регулятор выбрал политику мягкого реагирования. Понятно, что повышение ставки на 0,25 процентного пункта не вернет интереса нерезидентов к рублевым гособлигациям. Минфин, в свою очередь, пока тоже не торопится повышать доходность на аукционах. Если спекулятивный капитал не исправит положение в экономике, то зачем он, спрашивается, нужен? Так что, скорее всего, ЦБ и дальше будет следовать за трендами, повышая ставку совсем чуть-чуть, на один шаг, по мере роста инфляции и ослабления рубля. А рубль при этом, скорее всего, будет дешеветь на 5—10% в год. Рост экономики замедлится до 1,5%. Безусловно, заметное влияние будут оказывать внешние факторы, в частности цена на нефть. Продолжение ее роста будет двигать вверх экономику сильнее, а ставку не придется повышать дольше. Коррекция цены на нефть, напротив, заставит ЦБ повысить ключевую ставку, а Минфин вслед за этим — занимать дороже, чтобы ослабить давление на рубль.

Читайте также:

1 Звезда2 Звезды3 Звезды4 Звезды5 Звезд (Пока оценок нет)
Загрузка...
Adblock detector